Исчезающая Лизз

Исчезающая Лизз

Часть 1. Мажор


Посвящается всем сыновьям,
которые так и не смогли объяснить
своим матерям, что любят именно эту девушку…

В этой семье, как и в нашей, любили деньги не за то, что с их помощью можно сделать, и уж никак не ради самих денег, - их любили за присущее им свойство множиться.
Филипп Эриа "Испорченные дети"

Арсен сидел в светлой аудитории универа на паре по философии, но лектора не слушал, а пытался вникнуть в конспект лекций совершенно не по философии, а по очень сложному предмету, который студенты называли «Арсения – наш дом-дурдом». Из общей тетради он узнал, что суверенная республика Арсения имеет выгодное геополитическое расположение между устьем Волги и Черными землями, другими словами, с одной стороны икорные реки, с другой – черноземные берега. На самой же территории республики из ценных сельскохозяйственных культур росла одна конопля, но о ней в лекциях не было и полслова. Перевернув страницу, горе-студент узнал, что суверенитет республика потеряла в далеком 24-м году огненного для нашей страны XX века, когда её насильно присоединили к Совдепии кровавые негодяи коммунисты, а вновь обрела свободу и право на самоопределение в радостном 92-м, то есть всего на два года позже, чем известный «большой брат» по такому же процессу Татарстан. Арсен задумался, сколько лет он себя помнил – никогда власти Москвы не ощущал, всегда рос с мыслью, что он нефтяной принц и что денег, жен и любовниц будет иметь столько, на сколько хватит его здоровья. А выписанный из Германии семейный доктор и всесторонние обследования в нашпигованной самым современным оборудованием клинике, показывали, что Арсен в полном физическом порядке. Лектор тем временем говорил о какой-то вещи в себе.

- Слушай, Гуль, - отвлек он свою соседку, от просмотра какого-то модного женского журнала, - в тебе тоже есть вещь в себе!

Тут Арсен сделал хитрую рожу, которую мог делать только он (оставаясь не побитым, не убитым и не оскорбленным собеседником).

- Какая? – попалась в лапы Арсениной хохмы Гульнара, несостоявшаяся из-за категорического запрета родителей фотомодель и певица, а сейчас признанная на их факультете королева минета.

- Тампон, - сказал Арсен, он ловко увернулся от оплеухи журналом и стал читать конспект дальше.

Нынешним президентом Арсении был избран на выборах 98-го (признанных сторонними наблюдателями вполне демократическими) Абак Миннибаев, который до сих пор успешно занимал недавно построенный президентский дворец в Ак-Куе. ООН, наверное, до сих пор не знает, что город Ак-Куй – столица Арсении и эта республика суверена от всего, особенно от России, которая окружает её со всех сторон, не считая моря. Всякие каламбуры про столицу на счет «белого члена» в республики считаются дурным тоном, поэтому не произносятся разве только на дипломатических приемах. А господина президента Арсен всегда помнил изрядно наклюкавшимся на всех больших и малых праздниках, какие только были в их доме, и иначе как «дядя» он Миннибаева не называл. Президентский племяш попытался все-таки сконцентрироваться на лекциях. Ага, нефть - главное достояние республики (злые, далекие от чёрного золота языки называли регион «миннибайством»). Ну это-то Арсен знал, как с детства знал точное количество принадлежащих их клану (или семье, если вы не употребляете слово "клан") скважин. До конца лекции он так и не осилил и половины тетради. Видимо экзамен он в очередной раз не сдаст, в том числе и по философии. Но за философию дома ругать не будут, а вот за знания по родному краю… Арсен вздохнул, видимо лишат возможности брать машины в гараже отца.

На стоянке рядом с универом он ясно дал понять, что не собирается подвозить Гулю ни до её дома, ни до ближайшего леса (в Арсении нет лесов), ни до публичного дома (а ближайший официальный, возможно аж в самом Амстердаме). Гуля фыркнула и села в темно-зеленый "БМВ", она была из бедного тейба (или семьи если вы не употребляете слова "тейб"). Арсен нажал на клавишу «сигналки» и ослепительно-красный «Ферарри Ф-50» ответил послушным «бимком», сообщив хозяину, что замки открыты, и можно упаковываться. Когда КВН ещё был смешным там проскользнула фраза: «Почему в казино приезжать на спортивной машине можно, а заходить в спортивном костюме нельзя?» Официально в Арсении казино не было, но неофициально в закрытых для простых смертных заведениях проигрывались целые состояния (а значит, эти средства лохов оседали в карманах удаЩливых людей).

Домой ехать не хотелось, и Арсен погнал машину от города… 100 км в час, 200… 220… почти предел на президентской трассе, которая соединяла столичную и загородную резиденции Миннибаева, ну заодно и международный аэродром. Оранжевое пятно промелькнуло справа. Арсен затормозил и послушный «ферри» (так ласково называл он итальянского жеребца) встал, как вкопанный, оставив на асфальте слой резины. Сделав полицейский разворот, Арсен вернулся назад, и рассмотрел «пятно» уже в подробностях. Это была примечательная девушка в оранжевом топике, такого же цвета шортах, с абсолютно рыжими волосами, в которых были колокольчики, а в ушах в качестве серёжек болтались… перья? Спину дивы прикрывал небольшой оранжевый рюкзачок, а ещё не успевшие загореть под жарким солнцем Арсении стройные ноги заканчивались оранжевыми кроссовками с толстыми да-да оранжевыми шнурками. Таких экземпляров нефтяному принцу не попадалось никогда и он, заглушив «ферри», вылез из красного и пошёл знакомиться с оранжевым.

исчезающая Лизз

- Привет, можно тебя подвезти? – добродушно спросил Арсен, играя белозубой улыбкой.

- Нет, - быстро ответила она и даже не улыбнулась.

- Почему? – опешил от такой отповеди президентский племяш, для него всегда все двери были открыты, а тут такой облом.

- А с чего ты решил, что меня нужно подвезти? – спросила незнакомка, её глаза за зеркальными очками оставались невидимыми.

- Ну, ты идешь по дороге… а у меня машина, я подумал: «Почему бы не подвезти красивую девушку».

- Понимаешь, я, может быть, и выгляжу со стороны, как девушка, к которой можно подъехать на красном «Ферарри» и предложить помощь, но таковой совсем не являюсь. Возможно, мы еще и встретимся в этих наших жизнях, но это будет точно не здесь и не сейчас. Так что пока, мажор! – она отвернулась от Арсена и пошла своим путем дальше.

Карточный домик, который Арсен принимал за собственный мир, начал рушиться…

Он искал её повсюду, он искал её везде. Он мало ел и практически не спал. Он начал худеть. Тут забеспокоилась его мать.

- Ты, случаем, не заболел? – спросила она у него за ужином (слова были другие, но смысл примерно такой: раз ты не ешь, значит, ты заболел, а раз ты заболел, значит, пора беспокоиться и начинать обширную процедуру спасения "погибающего" сына-любимчика, который ну ничеговошеньки не скушал за обильным столом из семи перемен блюд).

- Все в порядке, мам… - Арсен изо всех сил соображал, где ему искать «оранжевую» девушку, и не хотел вдаваться в разговоры о собственном самочувствии, виде и духорасположении.

Он крутил и крутил мысль, оранжевую девушку не видели ни в ночных клубах, ни в отелях, ни на пляжах, ни в магазинах, ни в салонах красоты… Где может быть девушка, если она не в ночном клубе, не в отеле, не на пляже, не в магазине и не в салоне красоты Арсен представить себе не мог. И этот перманентный кошмар продолжался уже три дня. Точнее три полных дня, четыре ночи и еще шесть часов… Ситуации не улучшалась. В спальне Арсен не мог заснуть, ворочался и что только не делал, но не мог отогнать образ "оранжевой" девушки, который разгонял полчища кенгуру, которых он считал обычно в редкие минуты бессониц…

Арсен рассекал улицы на своем (ну, практически своем – ведь это машина отца) "ферри", когда его лихо обогнал на одном из поворотов по внутреннему радиусу белый "Макларен Ф-1". Сия белоснежная машина подрезала "ферри" и когда они обе остановились под знаком "стоянка запрещена" из "Макларена" вылез Вован. Это был, если так можно выразиться, один из культовых людей Ак-Куя, да и всей Арсении в целом. Он был вечно молодой (несмотря на свой уже солидный по понятиям Арсена возраст – 30 с чем-то лет) и вечно пьяный (даже за рулем, а вернее - особенно за рулем). Его щеки и подбородок всегда находились в состоянии легкой небритости, а значит, брился регулярно, но непонятно когда. Последнее время ездил Вован исключительно на "Макларенах". С этим связана одна из баек Ак-Куя: как-то раз Вован напился и поехал к новой своей пассии (а два раза с одной и той же девушкой его никто не видел), но свернул не на ту аллею и вписался аккурат в закрытые кованые ворота. Потом пошла долгая тяжба с фирмой "Макларен", Вован выставлял претензии: почему это машина стоимостью без малого в миллион зеленых не может затормозить перед воротами со скорости всего в 120 км в час? В Ак-Куй приезжали международные эксперты, которые измеряли тормозной путь (Вован застолбил дорогу ведущую к замку и хозяину этой частной собственности приходилось ездить к своему "домишке" по объездной дороге), тщательно исследовали характер повреждения машины и т.д. экспертам не повезло - в упакованном наворотами по самое "нехочу" "Макларене" не было банального спирометра, тогда бы все стало ясно. Зато эксперты парились в бане с девочками и пили шампанское по утрам, что не всякий аристократ или дегенерат себе позволит… В итоге следующий "Макларен" Вовану обошелся "всего" за пол-лимона баксов.

Кортик - ещё одна черточка в портрете этой неординарной личности, он всегда болтался на боку у Вована. По легенде кортик достался от отца, моряка северного флота, но Арсен точно знал, что Вова - "продукт" детского дома и родители его так и не были установлены (Вован их искал, когда стал взрослым, богатым и знаменитым, а до этого родоков он видеть не рвался). Ну а отсутствие наличия у Вовы сотового уже вошло в поговорки. Сам он позиционировал это так: "Я могу себе позволить не иметь сотовый". Он действительно мог это себе позволить. Кому надо было - находили Вову и без предварительных вызваниваний по телефону. А Вове не был никто настолько нужен, чтобы из-за этого человека обременять себя трубкой. Жил Вова не во дворце, а в обыкновенном трейлере, который был всегда запряжен в тягач "Ивеко". Вован часто переезжал с места на место, но обычно не покидал побережья (ему нравился вид моря из окон трейлера).

Солидные отцы семейств в Ак-Куе называли Вована не иначе как "лимитой", но им приходилось считаться с тем, что мало какие крупные дела в республике обходилось без участия этого "безродного лимитчика" (особенно дела темные или как говорят занудные энциклопедии нелегитимные).

Вот такой колоритный тип тормознул Арсена. Мимо проехали гаишники, они опытным взглядом оценили неправильно запаркованные тачки, решили, что мзду здесь не получат и поехали искать легкие деньги где-нибудь в другом месте. Арсен, выйдя из "ферика", крепко пожал сильную ладонь Вована.

- У-у-у! - сказал тот, осматривая Арсена с ног до головы. - Сдается мне, что ты болен неизлечимой болезнью, которая оптимистично начинается на букву "Л" и пессимистично заканчивается на мягкий знак. А у мужиков знак всегда что? Правильно – должен быть твердым! – он хлопнул по плечу молодого человека, потерявшего кого-то и, возможно, потерявшего себя в этом поиске.

Арсен промолчал - да и что он мог сказать? Вован зрил что называется в корень.

- Похоже, я угадал. Мой кореш созрел до серьезных отношений с девушкой. Эх, Арсен, Арсен - пропал ты для общества! А я думал тебя пригласить сегодня в "Улет", я тут выписал стриптизерш из Тайланда, судя по прайсу - горяченькие штучки!

- Мне нужна твоя помощь… - Арсен наконец смог выразить свои мысли в словесную форму.

- Пошли официальное письмо моему секретарю… - они посмеялись и Вован уже серьезно продолжил: - В чем проблема?

- Мне надо найти девушку…

- Имя, фамилия, адреса не спрашиваю, его ты не знаешь…

- Я и имени не знаю… она… она оранжевая! – с надеждой, что это прилагательное способно облегчить поиск, выдохнул из себя куцую информацию президентский племяш.

- У-у-у! - во второй раз протянул Вован. - Ладно, помогу тебе вляпаться в дерьмо. Да ты не обижайся, я не имею в виду под словом "дерьмо" твою избранницу. Просто я подумал, что если у девушки нет ни имени, ни фамилии, ни других опознавательных знаков, кроме цвета оранжевый, то ты будешь иметь через неё большие проблемы со своими предками, особенно с матушкой. Маманам обычно не нравятся оранжевые девушки. Ну да ладно, это уже будут твои чисто личные сексуальные заморочки. Через два часа найдешь меня в "Улете", подскажу, куда тебе лыжи вострить.

- Так быстро?

- Как говорил Шерлок Холмс: "Это элементарно, Ватсон, - дело на одну трубку" (напомним, что у Вована нет трубы и вот новая информация: он не курит).

Двое у дороги сказали друг другу: "Пока" и разъехались. Транзисторы в электронных часах Арсена, по-видимому, слиплись друг с дружкой, так как два часа тянулись как два года, он уже пожалел о своих словах: "так быстро".

Через час и еще пятьдесят пять минут Арсен подъехал к золотой пирамиде клуба "Улет". Охранники были предупреждены о его приходе и в кабинет Вована ищущий зашёл без долгих и утомительных проверок на "железо".

- Ну что, раб Эроса, как и обещал, вот тебе наколка: оранжевая девушка сейчас загорает на Дальней косе. Знаешь где это? – Вован подмигнул.

- Да… я это… пойду уже? Благодарю!

- У-у-у! - засмеялся Вован, но Арсен уже не слышал его, он выбежал из кабинета и мысленно просчитывал дорогу на Дальнюю.

Гипотетическая лекция о достояниях республики Арсения, записанная с мыслей Арсена прямо на бумагу

У нашей республики есть три достояния. Первое, конечно, нефть. Второе – конопля. Можно было бы поставить коноплю и на первое место, да нельзя – там же уже стоит нефть. Но зато на втором - точно конопля, так же точно, как и то, что на первом нефть. Это есть факт однозначный, действительный и непреложный. Третье достояние – это Вован, хотя сама республика об этом и не знает. Но знают девушки или если вам угодно лучшая половина Арсении. Как уже говорилось, Вован никогда не ездил в одной и той же машине с одной и той же девушкой два раза. Причем он ничего не делал для обольщения прелестниц (одно из его любимых определений для представительниц женского пола). Он никогда никого не цеплял на улице, тормозя со скрипом и опуская стекло на своем "Макларене". Он никогда не пускает пыль в глаза. Он практически никогда не говорит комплиментов. И вот в такого вечно небритого раздолбая, который ничего не делает для соблазнения "объекта", влюблялись все девицы, что видели его хотя бы мельком. Нет, девушки любят его не за деньги, тачки, цветы, рестораны или еще тысячу и одно плюсовое свойство Вована (Арсен читал Оруэла, более того книга "1984" – бала одной из его любимых). Они любят его за то, что ему всегда по барабану любит его кто-либо или нет, есть у него 100 миллионов зеленых или уже нет. Девушки даже не ревнуют его (не успевают просто – контингент меняется слишком быстро), они даже сразу понимают, что он никогда не предложит руку и сердце – как они это понимают сразу, они не понимают никогда, но об этом и не задумываются – тоже не успевают. И после всего, что у них бывает, а бывает обычно короткий, но бурный роман, все они остаются с Вованом в замечательных отношениях. Никаких мелодрам, слез и соплей на руле, перерезанных вен в ванных – ничего подобного. Прекрасные отношения, но уже без романа – вот итог одинаковый для всех дам. Теперь понятно, почему Вован есть третье достояние республики Арсения?

=>>>Дальше в поисках исчезающей Лизз...

<<<на Повести


На моём сайте всё бесплатно, но если вам что-то понравилось и Вы хотите отблагодарить, то можете кидать семирублёвые монетки сюда:)

Copyright © 2000-2015
Сергей Семёркин